Последнее письмо умирающей от рака

Мне 68 лет. Меня зовут Татьяна. Я умираю от рака. Страшно ли мне? Да, очень. Страшно настолько, что не могу спать по ночам. Кроме адских болей, которые все чаще терзают мое тело, меня еще до безумия терзает страх того, что скоро придет мой последний день.
cancer140214_r_1024x547.jpg
О том, что у меня что-то не то со здоровьем я поняла в мае 2015 года, когда стал болеть левый бок под ребром. Стала пить обезболивающие таблетки, но скоро они перестали помогать. О том, что надо бы обратиться к врачу я сразу не подумала. Просто махнула рукой, понадеявшись на наше русское авось. Увеличила дозу обезболивающих таблеток
А потом моя соседка сказала, что я сильно похудела. А я этого не замечала. Встала на весы и с ужасом поняла, что за месяц похудела на 10 кг. Закралась мысль о плохом, но я ее отогнала. Стала усиленно питаться. Но все равно продолжала худеть.
В начала августа, измученная болями, я попросила мужа отвезти меня к врачу. Тот сразу направил меня на МРТ. МРТ показало опухоль на левой почке и какие-то точки в кишечнике. Я еще подумала, что это метастазы. Там же мне выписали направление к онкологу. А через три я уже лежала в онкологии и готовилась к операции. Доктор сказал, что скорее всего у меня все в порядке и никакой онкологии у меня нет. Перед операцией ко мне подошел анестезиолог и как бы невзначай сказала цену — 5 000 рублей. Не в кассу, а лично в руки. У них, мол, такая «такса». Муж отдал эти деньги. Меня прооперировали.
После операции, которая по словам доктора шла восемь часов, я очнулась быстро. Рядом была моя сестра и муж. Они сказали, что у меня была киста. Ее удалили. Как же я была счастлива. Как рада, что это не рак. «Я еще поживу», - думала я. Как же я ошибалась...
Оказывается наши доктора правду говорят только родственникам и только те решают говорить или нет о страшном диагнозе. Муж решил «пожалеть» меня и ничего не сказал.
Через десять дней меня выписали из больницы. А еще через неделю вернулись боли, по силе умноженные в сто раз тех, что были до операции. Я все поняла. Стала спрашивать у мужа о диагнозе, но тот упорно говорил — киста. Все нормально. А боль накатывала на меня страшной волной, заставляя мутиться мозг... Я стала кричать по ночам, не выдерживая адских мук. Только тогда муж отвез меня к онкологу. Это было в середине сентября. В кабинет зашел и муж, но я попросила его выйти.
«Сколько мне осталось?» - сразу спросила я. «Месяц, максимум два», - услышала я страшный приговор. А еще доктор сказал, что операция была лишней, потому что вторгнувшись в опухоль (которую, кстати, и не удалили), доктора выпустили монстра и раковые клетки, распространяясь по крови, стали стремительно размножаться, порождая метастазы по всему моему организму. Таким образом операция сократила мне жизнь и увеличила мои мучения. Вот так... Я не заплакала, на закричала. Я была оглушена.
Мне выписали уколы трамадола — три раза в сутки.
Благодаря уколам болей я почти перестала чувствовать. Но появилась тошнота, даже глядя на еду меня могло стошнить... Стала называть себя беременной. Впрочем, моя опухоль так разрослась, что стала похожа на беременность на шестом-седьмом месяце.
После страшного приговора прошло три с половиной месяца. Я пережила прогноз онколога. Но я уже устала. Страх перед смертью... он изводит меня...
С некоторых пор я стала чувствовать, что пахну... да, от меня стало пахнуть так, как пахнет разлагающийся труп. Я живая, но уже разлагаюсь... И я такая худая, на мне как мешок висят все мои вещи. Страшно... Но я еще в состоянии передвигаться по дому, заходить в интернет и общаться с друзьями через скайп.
И еще я замечаю, что все вокруг ждут моей смерти. Мой муж, сын, сестра, соседи и друзья. Все, кроме моих внуков. Внучка, приходя ко мне в гости, каждый раз плачет, обнимает меня и просит не умирать... Но мое умирание уже необратимый процесс. Я скоро умру... Не от рака, так от голода.
Есть я уже почти ничего не могу. Стакан брусничного киселя в день — вот весь мой рацион. Другой еды мой организм больше не принимает....
Что я хочу сказать напоследок? Не надейтесь на авось. Мы все когда-нибудь умрем. Но поверьте в 68 лет умирать совсем не хочется. У меня было столько планов впереди. Я хотела жить... И эти планы так легко может разрушить болезнь.
Берегите себя и... если такое случиться с вашими родственниками — не скрывайте. Говорите всю правду, какой бы страшной она ни была. Потому что бороться или посвятить отпущенное время так, тебе хочется — это должен решить человек, а не родственники. У меня такого права не было. Я не успела ни побороться, ни съездить на море как хотела...
26 декабря, 2015 года
Татьяна, 68 лет.

PS Автора письма не стало 2 января 2016 года

     21.02.2016     Просмотров: 25554  

Будь в курсе событий!
Добавь «Хозяйство»
в избранное.

Подписаться

НАРОДНЫЙ РЕПОРТЕР

+ Добавить свою новость